Катастрофы: неистовая Земля

Катастрофические события предполагают необычайную, взрывную скорость природных процессов. А чтобы определить скорость, надо иметь какие-то часы, измерители времени. Все "геологические часы", известные нам, имеют очень невысокую точность. Лишь для последних десятков тысячелетий можно измерять интервалы с точностью до года по слоям в озерных и речных отложениях, по годовым кольцам деревьев. По скорости распада радиоактивных минералов и по соотношению изотопов точность замеров для ближайших тысячелетий - десятки и сотни лет, а далее в прошлое она уменьшается до миллионов, десятков и даже сотен миллионов лет. Еще труднее восстановить пространственные масштабы геологических катастроф. Исследователь вынужден оперировать данными по отдельным точкам, отстоящим одна от другой на десятки, а то и на сотни километров. Какая гарантия, что перед нами один и тот же пласт? Тем более, если точность определения его возраста - миллион лет?
Другая группа геологических неопределенностей связана с тем, что многие пласты бывают либо немыми, либо, можно сказать, "двуличными". Немые толщи не содержат никаких следов жизни или иных геологических часов, указывающих на время и палеогеографическую обстановку их образования. А "двуличные" толщи могут иметь разное происхождение. Например, неотсортированные глинистые породы с валунами обычно относят к отложениям ледников (донные морены, образующиеся при сдирании и перемешивании текущим ледником подстилающих пород). Однако слои подобного облика встречаются на морских побережьях, в межгорных впадинах и на склонах, на дне морей и озер.
Некоторые кремнистые осадки, по мнению одних авторов, свидетельствуют о холодном климате, а по мнению других - о жарком и сухом. При расчлененном рельефе глины в тропиках могут оставаться на первой, гидрослюдистой стадии, так же как и в холодном климате. Многое зависит от состава тех пород, которые подвергаются разложению и переносу. Считается, что красноцветные толщи характерны для засушливого климата, хотя подобные отложения могут образоваться и во влажных тропиках.
До сих пор общепринято, что соли - хороший индикатор засушливых климатов. Поваренные соли действительно могут выпариваться в полузамкнутых мелких водоемах. Но для калийных солей такой простой механизм явно не годится. В современных водоемах поваренные соли откладываются в сравнительно небольших масштабах, а калийные осаждаются исключительно редко. Пустынь и полупустынь в наше время предостаточно, и вряд ли в эпохи интенсивного соленакопления (девонская, пермская, палеогеновая) пустынь было больше.
Палеоклиматологи ссылаются на геохимиков, говоря о выпаривании солей, а геохимики - на палеогеографов, указывая на приуроченность солей к засушливой зоне. Круг замыкается, создавая иллюзию решения проблемы.
Любая палеогеографическая карта показывает не реальный ландшафт конкретного времени, а обобщенный для достаточно неопределенного интервала (точность - миллионы лет!). За этот срок моря могли многократно наступать и уходить на те или другие территории, а климат - заметно меняться. Ведь за последний миллион лет в средние широты северного полушария несколько раз вторгались великие ледники, климат и ландшафты резко перестраивались, появлялись и исчезали огромные ледниковые озера и т. д.
И все-таки самое главное: несмотря на все трудности, палеогеография в наше время достигла блестящих успехов. Преодолевая геологическую неопределенность, ученые сопоставляют целый комплекс признаков, свидетельствующих о былых географических условиях: состав и условия залегания пород, специфичные минералы, ископаемые остатки, следы течений, трещин усыхания, волновой ряби, прибоев, ледников; степень и особенности выветривания, радиоактивные и изотопные характеристики и др. Палеогеографы ищут убедительных соответствий, сходимости результатов. Правда, некоторые неопределенности остаются: в отсчетах интервалов геологического времени, в датировке слоев, в обобщенности характеристик. С ними приходится считаться, помнить о них, остерегаясь возводить свои выводы в ранг абсолютных истин.
По материалам книги Баландина Рудольфа Константиновича, Пульс земных стихий, издательство "Мысль", 1975.